Большинство пишет диктант неверно, и дело тут вовсе не в слухе. Обыкновенная картина такова: звучит мелодия, ученик торопливо ловит первый звук, записывает, ловит второй, записывает, к четвёртому начинает отставать, к шестому теряет нить и остаток проигрывания проводит в растерянности. На следующем проигрывании всё повторяется сначала.
Затруднение здесь методическое, а не слуховое. Диктант не пишется слева направо, нота за нотой; он пишется слоями — сперва грубая структура, затем опорные точки, и лишь в конце подробности. Ниже разобран порядок работы, которым пользуются на экзаменах.
До первого проигрывания
Исход диктанта во многом определяется прежде, чем прозвучит первый звук. Тональность, размер и настройка даются не для проформы — это рабочий инструмент, которым мало кто пользуется в полную силу.
Гамму и тоническое трезвучие следует пропеть про себя. Именно пропеть, а не припомнить: так в слуховую память загружается сетка, относительно которой будет опознаваться всё остальное. Без неё любая нота останется просто звуком; с нею — определённой ступенью.
Такты стоит разграфить сразу. Если размер две четверти, а диктант восьмитактовый, восемь пустых тактов лучше нарисовать заранее. Мелочь эта важнее, чем кажется: пустые такты дают место, куда складывать сведения, и запись перестаёт превращаться в сплошной поток.
Первое проигрывание
Правило, которое новичку даётся тяжелее всего: на первом проигрывании ручка лежит. Мелодия слушается целиком, и ответить нужно на четыре вопроса — сколько в ней фраз, как они между собою соотносятся, куда движется мелодия и каков её ритм в общих чертах.
Всё это вместе и составляет форму. Услышав форму, вы уже располагаете половиной ответа: если вторая фраза повторяет первую, записать предстоит четыре такта вместо восьми. Тот, кто бросается записывать звуки немедленно, повторов не замечает и делает двойную работу.
Каркас
Со второго проигрывания начинается запись — но не подряд, а с опорных точек, то есть с тех мест, в которых сомнений нет.
| Что записывать | Почему это опора |
|---|---|
| Первая нота | Дана настройкой, почти всегда тоника или звук трезвучия |
| Последняя нота | В учебных диктантах это тоника едва ли не всегда |
| Концы фраз | Мелодия там останавливается, и расслышать её легче |
| Ноты на сильных долях | Слух цепляется за них сам собою |
| Кульминация | Самый высокий звук запоминается лучше прочих |
Получается решето: несколько нот на своих местах и пустоты между ними. Состояние это совершенно правильное. Заполнять пустоты всегда легче, чем восстанавливать мелодию с нуля, поскольку каждый пропуск ограничен с двух сторон известными звуками, и вариантов остаётся немного.
Ритм отдельно от высоты
Думать разом о том, какая взята нота и сколько она длится, — перегрузка, на которой разваливается большинство диктантов. Задачи разумнее развести.
Одно из проигрываний стоит посвятить исключительно ритму, не думая о высоте вовсе: ритмический рисунок простукивается или записывается штрихами над тактами. Воспринимается он легче звуковысотности и почти не требует теории — короткая нота слышна как короткая безо всякого анализа.
Записанный ритм — готовый скелет: известно уже, сколько в каждом такте нот и какой они длительности, остаётся навесить высоты. Ради этого стоит потратить целое проигрывание, тем более что ритмические ошибки портят диктанты чаще звуковысотных.
Заполнение пропусков
Здесь в дело вступает не только слух, но и рассуждение, опирающееся на три вещи.
Направление слышно почти всегда, даже когда назвать ноту не удаётся, — и уже это отсекает половину вариантов. Затем различается характер движения: соседние ступени или скачок. Это второе, что слух определяет уверенно; если между двумя известными нотами укладываются четыре шестнадцатых и мелодия идёт поступенно вниз, вариант остаётся, по сути, один.
Третья опора — ступени лада. Устойчивые ступени звучат как дом, неустойчивые к ним тянутся. Нота, ощущаемая напряжённой и разрешающаяся вниз на полутон, — почти наверняка четвёртая ступень. Рассуждение это не требует абсолютного слуха, довольно понимания того, как ступени себя ведут.
Проверка
Последнее проигрывание — контрольное, и тратить его на дописывание нот расточительно. Полезнее иное: петь про себя записанное, одновременно слушая звучащее.
Расхождения обнаруживаются мгновенно — в том месте, где ваша версия начинает спорить со звучащей, и находится ошибка. Проверка эта ловит и ритмические смещения, которые глазами по нотам не видны.
Если переслушать уже нельзя, а сомнения остались, остаётся формальная проверка: сходится ли число долей в каждом такте, заканчивается ли мелодия на устойчивой ступени, нет ли ничем не оправданных больших скачков. Учебные мелодии ведут себя предсказуемо, и всякая несообразность в записи чаще указывает на ошибку, чем на замысел композитора.
Обычные ошибки
Первая и главная разобрана выше — запись нот подряд с первого проигрывания.
Вторая — невнимание к повторам. На повторе фразы построена добрая половина учебных диктантов, и замеченный повтор сокращает работу вдвое.
Третья — откладывание ритма напоследок, до тех пор пока «разберусь с нотами». Ритм записывается рано, иначе он не записывается вовсе.
Четвёртая, самая глубокая, — слушать ноты вместо музыки. Мелодия состоит из фраз и оборотов, а не из отдельных звуков, и как только начинаешь слышать оборотами — вот опевание тоники, вот ход по трезвучию, — скорость записи возрастает многократно.
Пятая относится уже не к диктанту, а к занятиям: заниматься помногу раз в неделю. Слух развивается частотой обращения, и четверть часа ежедневно приносят больше, чем два часа в выходной.
Первый месяц
Тому, кто начинает с нуля или переучивается после неудачного школьного опыта, можно предложить следующий порядок.
Первая неделя обходится без диктантов вовсе: ежедневно пропевается гамма и трезвучие в одной тональности, определяется на слух десяток-другой отдельных ступеней, простукивается несколько ритмических рисунков.
На второй неделе появляются самые короткие диктанты — два такта, поступенное движение, простой ритм. Цель здесь не в скорости, а в том, чтобы отработать сам порядок действий: форма, каркас, ритм, пропуски, проверка.
Третья неделя приносит четыре такта и скачки по трезвучию; тогда же имеет смысл подключить узнавание интервалов, без которых скачки приходится угадывать.
К четвёртой неделе можно браться за восемь тактов в знакомой тональности и в обычном темпе. Порядок действий к этому времени должен работать сам, без напоминаний.
Дальше растёт сложность материала — новые тональности, пунктирный ритм, хроматизмы, минор во всех его видах. Методика же остаётся прежней: от уровня к уровню меняются мелодии, но не способ работы с ними.